Анар Гасанов и Мария Соловьенко: обида Лаврова на фоне находчивости Путина
23-01-2017, 18:45
![](/uploads/posts/2017-01/thumbs/1485178989_1.jpg)
Вот уже несколько дней в редакцию Azeri.Today поступают обращения наших читателей, негодующих по поводу того, что мы якобы никак не выразили свою позицию в связи с заявлением главы МИД России Сергея Лаврова по поводу Карабаха, а также уволенного за этот вопрос московского корреспондента Lider TV Анара Гасанова.
Уважаемые читатели!
Со всей ответственностью заявляем, что ваше возмущение в отношении нас абсолютно необоснованно. Дело в том, что на прошлой неделе мы уже выразили свою позицию и в отношении заявления Лаврова, и в отношении уже тогда подвергавшегося необоснованной, на наш взгляд, критике журналиста Анара Гасанова в нашем авторском материале. Судя по просмотрам (более 32 тысяч), этот материал вызвал резонанс в нашем обществе. Поэтому, мы не считали нужным вновь возвращаться к этой теме.
![](/uploads/posts/2017-01/thumbs/1485178989_1.jpg)
Что здесь можно сказать нового? Да, мы считаем неправильным увольнение журналиста за заданный им вопрос (на то он и журналист, чтобы задавать каверзные вопросы, а опытный дипломат просто обязан найти дипломатичный ответ). И в данном контексте хотелось бы напомнить историю корреспондента газеты «Народное вече» Марии Соловьенко. Известность она получила после своего диалога с президентом России на пресс-конференции Владимира Путина в 2012 году. Тогда, выслушав ее вопрос, он сказал: «Садитесь, Маша». И получил в ответ: «Спасибо, Вова».
Разве Марию уволили? Разве президент Путин или администрация Кремля потребовали уволить журналистку за некорректное обращение к главе государства? Конечно, нет. Тем более, что и сам Путин любит вопросы поострее, и тем более, за словом в карман не лезет. Более того, на следующий год Соловьенко вновь приняла участие в пресс-конференции Путина. Увидев ее в зале, Путин сказал, что помнит их беседу и ему было приятно, как она к нему тогда обратилась. «Вова и Маша — я помню нашу дискуссию. Меня мама так только называла в свое время, и мне очень было приятно в этом смысле», — сказал Владимир Путин.
![](/uploads/posts/2017-01/thumbs/1485179108_1.jpg)
А тут увольнение грамотного журналиста за вопрос, который кому-то не понравился. Мы далеки от мнения о том, что всего один вопрос азербайджанского журналиста мог спровоцировать кризис в российско-азербайджанских отношениях. К тому же, почти мгновенно после ответа Лаврова на вопрос Гасанова последовала довольно жесткая реакция со стороны министра иностранных дел Азербайджана Эльмара Мамедьярова, который четко заявил: «Полностью уверен, что если Россия займется вопросом со всей серьезностью, тогда статус-кво будет изменен, в регионе восстановится стабильность и будет обеспечен вывод армянских войск с оккупированных территорий Азербайджана». Но Мамедъярова, в отличие от Гасанова, не уволили.
О чем это все говорит нам, журналистскому сообществу? А говорит это о том, что отныне любая инициатива с нашей стороны, любой неудобный вопрос тому или иному чиновнику или министру (неважно, местному или иностранному) может обернуться журналисту потерей рабочего места. В таком случае, пресс-конференции грозят превратиться в скучный монолог чиновника, или, в крайнем случае, это будут ответы на заранее одобренные пресс-службой вопросы. Вы скажите, что я утрирую? Может быть, я бы и согласился, если бы перед глазами не было печального прецедента с Анаром Гасановым.
Источник: Azeri.Today