Объект «Католичка». Как русская эмигрантка переиграла всю госбезопасность СССР Часть III. Таисия Павловна

3-01-2020, 11:02           
Объект «Католичка». Как русская эмигрантка переиграла всю госбезопасность СССР Часть III. Таисия Павловна
Часть III. Таисия Павловна
Эдуард Андрющенко, Дмитрий Трещанин. Иллюстрации: Любовь Моисеенко

23 декабря 2019 года


Пока велось наблюдение за Жаспар, в СССР началась новая эпоха. Умер Сталин, ведомство госбезопасности дважды сменило название и статус — сначала, в 1953-м, МГБ присоединили к МВД, а год спустя создали КГБ при Совете министров.

Менялась обстановка и во Франции, на которую якобы работала «Католичка»: в 1954 году страна после серии поражений лишилась колоний в Индокитае, потом потеряла Тунис и Марокко, начиналась война в Алжире.

Предыдущая часть:

Часть II. Гражданка Таисия
После Второй мировой войны тысячи эмигрантов, бежавших из России из-за революции, получили возможность вернуться на родину. В спецпроекте Настоящего Времени историк Эдуард Андрющенко рассказывает о судьбе женщины, которая предпочла вернуться в сталинский СССР, бросив богатую жизнь в Китае и Франции

«Решить вопрос о вербовке»
В июле 1956 года, после четырех с лишним лет после репатриации Таисии Жаспар, в КГБ решают: дальнейшая ее разработка не имеет смысла.

— Проживая в Китае, «Католичка» использовалась иноразведкой и скорее всего французской, по проведению соответствующей работы среди русских эмигрантов, советских граждан и всевозможных представительств в Китае других стран. Шпионской или какой-либо другой антисоветской деятельностью в Советском Союзе не занимается, но задание на проведение таковой возможно имеет, — утверждалось в справке по делу.

Теперь с Жаспар собирались установить оперативный контакт. Несколько сотрудников КГБ должны были встретиться с ней, не скрывая, откуда они, убедить, что сажать ее не собираются, и подробно расспросить о связях с разведками в Китае. Если покажется, что от Таисии как от агента будет польза — попробовать завербовать.


Таисия Жаспар. Киев, 1950-е. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
В этом деле есть одна странность, логически объяснить которую не удается. Весной 1956 года, то есть несколькими месяцами ранее, Андре Жаспар сообщил, что собирается приехать в СССР как турист. Маршрут будущего путешествия пролегал через Киев.

— Познакомишь его с Костей? — шутя, спросила у Таисии Вера Трофименко.

Жаспар и Константин Крылов к тому времени жили вместе. Подруге она ответила, что хочет встретиться с Андре, но не в Киеве, а в Москве.

Визит бывшего мужа был запланирован на август. В КГБ поначалу подозревали, что если Жаспар все же удалось собрать какие-то сведения, то лучшего момента для их передачи не придумать.

Почему же чекисты, зная о том, что предстоит такая встреча, не стали ждать ее и поспешили с выводами, что с «Католичку» не в чем подозревать? Непонятно. Одно из возможных объяснений: в спецслужбе хотели, чтобы на момент встречи Таисия уже была их агентом и вела себя так, как скажет куратор. У этой версии есть изъян: в документах о подобных планах ничего не сказано, и вообще с вербовкой «Католички» в КГБ не спешили.

Андре и Таис так и не увиделись. Художница в своем стиле внезапно передумала и уехала на несколько месяцев в поселок Хоста под Сочи вместе с Крыловым, попросив передать бывшему супругу извинения. Возможно, она просто не хотела, чтобы Крылов ревновал.

Не исключено, что чекисты уже в июне знали, что встреча не состоится, и это окончательно убедило их, что Жаспар не шпионка. Но, опять-таки, в документе они ничего не объяснили, хотя должны были.

В деле не указано, приехал ли в итоге Андре в Советский Союз. Мы точно знаем, что другого шанса встретиться у них не было. В декабре 1956 года 63-летний отставной офицер Андре Стефан Жаспар скончался в Париже от рака.

«Т.П. Жаспар горько сожалела, что не захотела увидеться с ним летом прошлого года, написав Жаспару, что ее не будет в Киеве, так как она едет на Кавказ. Это ее мучает угрызениями совести. Он умер без нее, она оставила такого чудесного человека.

Т.П. Жаспар является законной наследницей всего имущества Жаспара. Если есть специальное завещание, то всеравно часть имущества принадлежит ей».

Из донесения агента «Оксаны», 1957.

На Лубянке решили, что разговор с Жаспар если и получится, то последующую вербовку проводить нужно непременно в Москве. Украинские чекисты просили московское начальство пригласить на встречу куратора дела «Католички», чтобы он потом продолжил работу с ней. На тот момент это был подполковник Городний.

Последние документы в деле датированы началом 1957 года. В них видно желание КГБ побыстрее вытянуть Жаспар в Москву для встречи.

Документальных подтверждений того, что художница в итоге стала агентом, найти не удалось.

В случае успешной вербовки на нее должны были завести два новых дела — личное и рабочее. Их в архиве СБУ (а также в архиве Службы внешней разведки Украины, где хранится часть дел) обнаружить не удалось. Но это ничего не значит — большую часть агентурных дел чекисты уничтожили (основная чистка архива пришлась на 1990-1991 годы перед распадом СССР).

Во время работы над статьей мы склонялись к версии, что вербовка Жаспар все же была успешной. Известный специалист по истории советских органов безопасности Никита Петров, к которому НВ обратилось за комментарием, сомневается в успешности вербовки. Если бы в 1957 году героиня статьи стала агентом, дело «Католички» прекратили бы именно с этой мотивировкой, считает он.

Но в карточке учета дела, которую мы также получили в архиве, указано, что оно прекращено в 1962 году по причине «нецелесообразности». По мнению Петрова, вероятно, во время разговора Таисия или отказалась стать агентом, или повела себя таким образом, что в КГБ передумали вербовать ее.

«Не исключено, что результатом ее разговора с оперативниками была не вербовка, а установление оперативного контакта и "доверительных отношений". То есть, понимая ее вес, известность и положение, чекисты предпочли просто осуществлять контроль, общаясь с ней время от времени в неформальной манере — может быть, даже под видом чиновников от Союза художников или Минкультуры», — объясняет историк.

Но для однозначного ответа на вопрос, была ли Жаспар агентом, найденных материалов недостаточно, подчеркнул Петров.


Таисия Жаспар в Риме у фонтана Треви, 1959. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
— В кругах художников постоянно ходили слухи, что она работала на КГБ, — говорит искусствоведка Марта Логвин. — У многих это вообще не вызывало никаких сомнений.

По словам Логвин, некоторые слышавшие о Жаспар киевляне вспоминают ее именно как «шпионку». Кто-то даже считал, что завербовали ее еще в 1930-х, и знакомство, а впоследствии и брак с Андре были частью задания НКВД (материалы дела эту гипотезу опровергают). Но о том, что Таисию подозревали в работе на французскую или другие западные разведки, собеседнице НВ слышать не приходилось.

В первые годы жизни в СССР художница часто жаловалась, что ее не выпускают за границу. В одном из писем бывшему мужу она мечтает, что наступит время, когда люди из разных стран смогут без проблем ездить друг к другу в гости.

Но в 1958-м, то есть примерно через год после предполагаемого разговора с чекистами, Жаспар уже «выездная»: летит к родным на Сицилию, где к тому же проводит персональную выставку. Изначально мы считали это признаком успешной вербовки: сотрудничество в обмен на право покидать СССР.

С этим выводом историк Никита Петров не согласен: получение выездной визы совсем не обязательно значит, что художницу завербовали, а статус агента никак не помешает бежать из страны.

«Слово "агент" в ситуации разрешения поездки за границу не работает как стопроцентный аргумент. Вербовка не была гарантией, что человек вернется. В случае с художницей чекисты оценивали риски и возможный ущерб: по-видимому, решили, что даже если не вернется, то большой проблемы не будет. И не ошиблись», — говорит историк.

Китайский подарок
Марта Логвин — специалистка по китайской живописи и графике, ведущая научная сотрудница отдела искусства стран Востока Национального музея искусств имени Богдана и Варвары Ханенко. Посетители музея нередко расспрашивают сотрудников о Таисии Жаспар, хотя ни одной картины ее авторства в экспозиции нет.

От мужа художница унаследовала большую коллекцию китайского искусства, которую Андре собирал в Шанхае, — по другой версии, собирать начали его предки, тоже служившие в Китае, — и позже перевез в Париж.

По словам Таисии, муж хотел, чтобы собрание оказалось в музее. В 1959 году Таисия передала его коллекцию Советскому Союзу. Одну половину подарила, другую — продала. Экспонаты разместили в Киевском музее западного и восточного искусства.

Основа коллекции — примерно 350 живописных работ. В основном это свитки, но есть и альбомы. Сегодня в китайском зале музея постоянно выставлена лишь небольшая часть, а также немного предметов прикладного искусства и скульптур, все остальное хранится в запасниках. Для того, чтобы показать все собрание четы Жаспар, в музее попросту нет места. Но каждый год какую-то часть коллекции достают из запасников — очередная такая выставка открылась 11 сентября.

Как поясняет Марта Логвин, первым атрибутировал свитки секретарь Андре Жаспара Жозеф Ван Бин Хвей. Если верить составленному им каталогу, самая старая из работ появилась еще в VII веке нашей эры, а большая часть — в X — XV веках.

В начале 1960-х собрание посмотрели китайские искусствоведы из музея Гугун — и пришли к выводу, что свитки стоит относить к XVII — началу XX веков. Правда, пекинские эксперты изучали не сами произведения, а присланные из СССР черно-белые фотографии. Московский специалист Сергей Соколов-Ремизов, лично осмотревший работы, еще сильнее сдвинул датировку в позднюю сторону. Значительную часть коллекции, по его мнению, составляют имитации творений ведущих китайских мастеров, хотя качество копий очень высокое.

— Часто бывает, что ты пытаешься рассказать посетителям о китайском искусстве, а они спрашивают о личной жизни Жаспар, о том, зачем они с мужем собирали такую коллекцию, пересказывают какие-то сплетни. Иногда это надоедает, — признается Марта Логвин.

Почти образцовая гражданка
В 1960-х Таисия Жаспар по-прежнему жила в Киеве и работала художницей. Снимать комнаты уже не приходилось: ей дали квартиру в переулке Мечникова в центре города. Крылов фактически стал ее мужем, но пара не расписывалась. Своих детей у них не было, но Таисия постоянно общалась с соседскими: рисовала их портреты, которые тут же дарила, и даже организовала детский любительский театр.

— Прямо во дворе поставили сцену с раздевалкой и лавки для зрителей, — вспоминает Нина Светличная, в детстве она жила в этом доме и была одной из актрис. — Костюмы для нас шили мастера в Оперном театре — и это все за ее деньги.

Театр выступал в пионерских лагерях Киевской области, в Доме офицеров и на телевидении.

Для своих коллег из Союза художников Жаспар вела курсы английского и французского языков.

Еще со времен, когда ее разрабатывал КГБ, Таис стала пробовать себя в литературе — писала для детей об Италии и Египте. Поначалу ее произведения печатали киевские журналы («Барвінок», «Радянська жінка»), а в 1965-м всесоюзное издательство «Детская литература» выпустило сборник рассказов «Апельсиновый сад», в котором, как отмечено в справке КГБ, описывается «тяжелое положение детей в Италии».

Книга стала основой киносценария «Сицилийские новеллы», и уже велись переговоры с режиссером Марком Донским о создании советско-итальянского детского фильма, но он так и не был снят.

Италию Жаспар в те годы посещала неоднократно. Сестра и мать художницы уже умерли, но на Сицилии остались двое ее племянников, перенявших от тети любовь к Советскому Союзу. В Катании в 1960-х прошли еще три выставки ее работ.


Выставка Жаспар в Катании. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
В характеристике, составленной Комитетом госбезопасности в те годы, Таисия описана как почти образцовая советская гражданка. Единственный изъян, который в ней нашли, — сохранившиеся «пережитки того общества, в котором она выросла и воспиталась». Жаспар «по прежнему любит великосветский шик», а в Италии за деньги рисует портреты «богачей».

По одной из баек Таисия любила привозить из Европы белый шоколад, который в СССР тогда никто не знал. Знакомые, попробовав заграничное лакомство, «крутили носом» — дескать, так себе. Жаспар отвечала, что они ничего не понимают в шоколаде.

— Она одевалась всегда так, что вы на нее смотрите и понимаете: это иностранка, не наш человек, — рассказывает Нина Светличная, — По городу она вообще не передвигалась на общественном транспорте, только на такси. Мы всегда знали: если такси стоит под третьим подъездом, значит, Таисия Павловна куда-то едет.


Выставка Жаспар в Катании. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
Известная киевская художница Людмила Миляева, хорошо знавшая Таисию, тоже упомянула ее любовь к изысканным вещам, но отметила, что выделялась она не только этим.

— Мы [остальные художники] в те годы были очень закрученными, скованными со всех сторон. А в Таисии Павловне было какое-то ощущение свободы. Она всегда уверенно себя чувствовала, в том числе в общении с властью, — рассказывает Людмила.

По словам Миляевой, когда Союзу художников нужно было выбить у городских властей для кого-то квартиру, к этому делу подключали Жаспар — она могла буквально ногой открывать двери в высоких кабинетах.

Нежелание художницы оформлять брак с Крыловым было связано с тем, что она получала из Франции пенсию как одинокая вдова Андре. Выйди она замуж — деньги, позволявшие в том числе ездить за границу, перестали бы приходить. По крайней мере, так это объясняли в КГБ.

Поговаривали, что основная часть наследства Андре Жаспара (квартира в Париже, поместье на севере Франции, деньги в банке) перешла его сестре, но та вскоре тоже умерла, после чего все досталось Таисии. Документальных подтверждений этому нет. Также ходили слухи, что художница какое-то время хотела переехать в Париж, но Крылов воспротивился.

Из Франции царь едет
Еще одно упоминание о Жаспар, которое удалось найти в архиве СБУ, относится к 1966 году. Это два вышедших с интервалом в неделю сообщения председателя КГБ УССР Виталия Никитченко в ЦК Компартии Украины, которые передали лично главе республики Петру Шелесту.

О художнице не случайно вспомнили на таком уровне. Родственник покойного Андре Жаспара Шарль де Голль уже семь лет занимал пост президента Франции. «Фашистом» в документах КГБ его теперь не называли — напротив, он считался самым большим другом СССР среди лидеров ведущих западных стран.

Совсем недавно де Голль вывел Францию из военной организации НАТО, а теперь собирался приехать со вторым официальным визитом в Советский Союз. В числе запланированных к посещению городов был и Киев.

В документах кратко изложены биография и характеристика художницы.

«...Жаспар проводит работу с отдельными иностранцами, приезжающими в Киев по линии Союза художников, она является также членом общества культурных связей с украинцами закордона», — подчеркивается в документе.

Председатель КГБ писал: Таисия не только знает быт, обычаи и привычки Де Голля и его семьи, но и в последние месяцы переписывалась с ним. Сначала Жаспар отправила президенту Франции свою недавно вышедшую книжку и объяснила, что это подарок для его внуков. В следующих письмах она напомнила о покойном муже, рассказала историю китайской коллекции (к письму прилагался каталог) и предложила осмотреть ее во время предстоящего визита в Киев.


Ответ секретаря на письмо Жаспар де Голлю. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
На первое письмо ответил сам де Голль, на следующие два — вероятно, секретарь. Перевод двух писем хранится в Архиве-музее литературы и искусства. На приглашение секретарь дипломатично ответил, что по программе визита еще ничего не решено.

«Так как указанные картины находятся на складе, было-бы целесообразно привести их в состояние, пригодное для показа Де-Голлю, если он того пожелает», — подчеркивал глава КГБ Украины.

Даже если Жаспар не завербовали в 1957 году, нельзя исключать, что это случилось позже. Впрочем, если контакт с президентом Франции был заданием КГБ, художница могла выполнять его, будучи просто доверенным лицом. В отличие от агентов, доверенные лица не давали подписку о сотрудничестве, им не присваивали псевдоним.

В документе прямым текстом не сказано, чего КГБ ожидал от посещения де Голлем музея и какая роль в этом отводилась Жаспар. Иметь своего человека в окружении лидера иностранного государства — удача для любой спецслужбы: это не только получение ценной информации, но и (в теории) возможность влиять на главу государства. Возможно, расчет был именно на сближение и дальнейшее неформальное общение киевской художницы с президентом и его семьей. Осмотр гостем коллекции — конечно же, в сопровождении Жаспар — мог бы этому сближению поспособствовать. В эту версию вполне вписывается гипотеза, что Жаспар сотрудничала с чекистами.

В КГБ обсуждали и другой вариант — общение Жаспар с женой президента Ивонной, которая должна была посетить Киев вместе с ним.

«Она [Жаспар] считает, что могла-бы пригласить к себе в гости госпожу Де-Голль на чашку чая в числе других женщин из делегации и подобрать соответственно представительниц женского общества с советской стороны», — рапортовал Никитченко.

Но была одна проблема: условия, в которых жила художница, не очень подходили для приема первой леди Франции. Подъезд к дому в переулке Мечникова, по выражению КГБ, был «несколько не благоустроен», проживала художница на четвертом этаже в доме без лифта, стены в подъезде не штукатурили, да и сама квартира нуждалась в ремонте. Поэтому было предложено просто включить Таисию в делегацию советских женщин, сопровождающих мадам де Голль.

Но слух о предстоящем визите высокого гостя (не Ивонны, а самого президента) успел разлететься по району. Все прилегающее пространство стали спешно приводить в порядок. По словам Нины Светличной, такого хорошего асфальта в переулке и такого сияющего чистотой подъезда в доме больше никогда не было.

Людмила Миляева тогда тоже жила рядом и хорошо помнит подготовку к приезду де Голля.

— У Лесика в те годы была няня. Хорошая женщина, но совершенно неграмотная, — рассказывает она. — Ей часто приходилось стоять за покупками в очередях, которые были своего рода клубом, — люди обсуждали в них новости и разные сплетни. Как-то раз няня приходит и с порога заявляет: «Семеновна, вы здесь сидите и не знаете, что там происходит. На Мечникова дорогу ремонтируют, газон делают. Говорят, из Франции царь едет, а здесь у него невестка живет. Она ему когда-то сказала: будешь в Киеве — заходи». Потом оказалось, что это правда! Но вместо трех дней де Голль пробыл в Киеве всего один, поэтому в гости к Жаспар так и не приехал.

Нина Светличная видела, как в тот день во двор вкатилась большая черная иномарка и забрала Таисию.

Ни в одном из документов с сообщениями КГБ для ЦК КПУ об итогах визита де Голля упоминаний о Жаспар нет. Видимо, никаких ощутимых результатов планы спецслужбы не принесли. Китайскую коллекцию президент не посмотрел. По крайней мере, сотрудники музея Ханенко ничего об этом не слышали — а визит такого гостя обязательно стал бы предметом гордости любого музея. Сопровождала ли художница первую леди Франции — неизвестно.


В 1980-х, уже после смерти Шарля и Ивонны де Голль, Таис переписывалась с их сыном Филиппом, адмиралом французского военно-морского флота и будущим сенатором. Его письмо хранится в Архиве литературы и искусства. Филипп благодарит Таисию за поздравления (накануне его наградили советским орденом Отечественной войны), рассказывает о своей встрече с Михаилом Горбачевым и упоминает о родстве семей Жаспар и де Голль, а также о китайской коллекции.


Судя по письму, более тесные связи были у Таисии с Бернаром де Голлем — племянником Шарля и Ивонны. Он занимал высокие посты в промышленной сфере и занимался налаживанием торговых отношений Франции с СССР и Китаем. В 2015 году российские СМИ писали о том, что племянник Шарля де Голля, в отличие от лидеров западных стран, посетил парад 9 мая в Москве, и цитировали его комментарий о любви к России. Бернар де Голль умер в апреле 2019 года в возрасте 95 лет. Филипп де Голль жив до сих пор, ему 98 лет.

Киевлянка Антонина Куклина рассказывает, что свою элегантность и стремление произвести впечатление Таисия Жаспар не утратила и на склоне лет. Художницу Антонина Александровна знала еще с детства — она родилась и до конца 1940-х жила в Шанхае.

— Я помню портрет мамы, который нарисовала Таис. В 1947-1948 годах мы жили в Гонконге, а портрет остался в Шанхае. Потом вернулись в Шанхай, а родные моей мамы уехали в Советский Союз, и портрет мы не нашли. Жаль, он был очень хорошим.

В середине 1980-х Антонина Куклина впервые за несколько десятилетий увидела Жаспар — вместе с мамой зашла к ней в гости в Киеве. Контакты старой знакомой дала другая шанхайская знакомая — Наталия Ильина, с которой мать Антонины Александровны поддерживала связь.

— Пришли мы с мамой в эту ее квартиру [в переулке Мечникова], она на меня смотрит и говорит: «Располнели вы, Антонина. Посмотрите на меня!» — и показала ножку в колготке, — вспоминает моя собеседница. Жаспар тогда было около 70 лет.


Книга Наталии Ильиной, которую автор подписала для Антонины Куклиной
В годы застоя Таисия Жаспар несколько раз побывала в Китае, в том числе в городе своей молодости — Шанхае. Людмила Миляева считает, что она не просто летала повидать старых друзей, а выполняла государственные задания. СССР и КНР как раз пытались нормализовать отношения после многолетнего противостояния, и Жаспар с ее познаниями о стране и знакомствами среди китайцев в этом деле пригодилась.


Жаспар в бывшей шанхайской резиденции Сунь Ятсена, превращенной в музей, 1984 год. На стене еще с 1940-х годов висит портрет Сунь Ятсена ее авторства. Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины (ЦГАМЛИ)
Перед очередной поездкой в 1986 году Жаспар чувствовала себя неважно, но все же полетела. После возвращения у художницы случился инфаркт, и 25 ноября она скончалась. Константин Крылов пережил Таисию на шесть лет. Похоронены они рядом друг с другом на самом известном кладбище Киева — Байковом.
currenttime.tv/
prodoljeniye sleduyet.шаблоны для dle 11.2












Teref.info © 2015
E-mail: [email protected]            Telefon: 051 933 93 21            Baş redaktor: Nurəddin (Xoca) İsmayılov
Məlumat internet səhifələrində istifadə edildikdə müvafiq keçidin qoyulması mütləqdir.
Sayt Webmedia.az tərəfindən hazırlanmışdır.